Каждый вечер возле метро «Курская» в Москве появляются три ящичка. Они наполнены беспородными щенятами и котятами, которых предлагают взять в дар или купить люди, якобы содержащие домашний приют бездомных животных. На одном из ящичков копилка — для пожертвований на корм. Но кто знает, куда реально уходят эти деньги и

сколько еще таких людей, зарабатывающих на жалком виде зверушек. А зверушки... что зверушки... Они же как маленькие дети — к ним часто подходят прохожие, гладят их, играются секунд пять-десять и торопливо исчезают, но за эти секунды малыши своим совершенным нюхом успевают почти познать человека и с трудом отпускают его восвояси и навсегда...

свернуть↑

Каждый вечер возле метро «Курская» в Москве появляются три ящичка. Они наполнены беспородными щенятами и котятами, которых предлагают взять в дар или купить люди, якобы содержащие домашний приют бездомных животных. На одном из ящичков копилка — для пожертвований на корм. Но кто знает, куда реально уходят эти деньги и

сколько еще таких людей, зарабатывающих на жалком виде зверушек. А зверушки... что зверушки... Они же как маленькие дети — к ним часто подходят прохожие, гладят их, играются секунд пять-десять и торопливо исчезают, но за эти секунды малыши своим совершенным нюхом успевают почти познать человека и с трудом отпускают его восвояси и навсегда... И все-таки им повезло — у них есть дом, хочется верить. А сколько таких, как они, бегает по подворотням и улицам мегаполиса — не счесть.

свернуть↑

В Санкт-Петербурге много музеев, в том числе естественнонаучных. Один из них - огромный зоологический музей Российской академии наук. У него есть "младший брат" - зоологический музей кафедры зоологии РГПУ им. А.И. Герцена. Он существует уже больше 100 лет. На фоне старшего брата музей небольшой, но для музея ВУЗа, а т

ем более кафедры он громадный. В первую очередь не по размеру помещения, а по своей коллекции, которая насчитывает более 3000 единиц. После многолетней разрухи и последующего ремонта сотрудники кафедры открывают гостеприимные музейные двери.

свернуть↑

Маралов держат на Алтае для того, что бы из их рогов (пант),тел и крови делать препараты для лечения и оздоровления людей. Панты и кровь берут в течении всей жизни - 8-10 лет, ежегодно, а мясо (тело) забирают при выбраковке, когда у самцов перестаёт хватать энергии для выработки вещества, необходимого для роста рогов

необходимого размера.
Панты срезают у самцов весной, тогда же и берут кровь для препаратов. У самок кровь берут в период начала беременности, в начале зимы.

Панты маралов покупают оптом корейцы и китайцы для использования в своей традиционной медицине и косметической промышленности. В дело идёт весь марал - мясо, кости, пенис, кровь...

Маралы-крупные грациозные олени, жертвуют своими частями тел и жизнью для "оздоровления" человечества.

свернуть↑